О сущности любви

      
      
      
      «Тайна сия велика есть», — сказал о любви апостол Павел, и, похоже, это единственная истина о любви, не вызывающая сомнений. Тем не менее люди всегда пытались ее разгадать. Вот и я думаю об этой тайне уже добрых сорок лет! И чем дольше думаю, тем больше радуюсь тому, что любовь невозможно постичь рассудком. Это свидетельство ее силы и сложности, ее укорененности в таких глубинах человеческой души, о которых ехидный рассудок даже не догадывается!
      Я полагаю, что одно из фундаментальных свойств любви — ее тоташная, все пронизывающая двойственность. Двойственный характер любви заключен буквально во всем. И в том, что в ней сочетаются и телесное, и духовное начало. И в том, что во многих людях живет не только чувство к Другому, но и чувство к себе, и они порой вступают в противоречие. И в том, что любовь не является дружбой, и в то же время является ею. И в том, что любовь — это исключительное предпочтение одного человека всем остальным, и нередко приходится выбирать, разрывая себе сердце.
      Я объясняю себе «раздвоения» любви следующим обра.зом. Для
      всех иных человеческих отношений существует какая-то частная причина, то есть один человек для другого оказывается привлекательным с какой-то конкретной стороны — или интеллектуальной, или эстетической, или сексуальной, или деловой и т.д. Отношения любви имеют гораздо более широкие, многомерные причины: человека любят всего, целиком, со всеми его чертами и черточками! Даже материнская любовь не носит такого универсального характера, ведь в ней, например, отсутствует интерес к сексуальной сфере ребенка, да и к ряду других.
      Возможно, любовь достигает предельного накала чувств и самоотверженности именно потому, что в любимом человеке видишь все лучшее, что свойственно человеческому роду. Да и сам выступаешь представителем всего человечества, стремясь проявить лучшие свои качества. Любя, человек добровольно берет на себя ответственность за жизнь и счастье Другого, как бы аккумулируя при этом весь опыт и нравственность человечества.
      А как же быть с недостатками любимого человека? Как правило, попытки изменить Другого не ведут к успеху. Верный путь совсем иной — изменение, совершенствование себя. Стимулом для такого совершенствования становится то лучшее, что открываешь в любимом человеке и чего стремишься быть достоин. Но еще более сильным стимулом становится стремление помочь ему там, где проявляются его слабость, беззащитность, несовершенство. А результат всегда неожиданный — меняются оба!
      По типу отношения к себе и к Другому можно выделить три формы любви:
      

эгоистическая любовь,
      

жертвенная любовь,
      

гуманистическая любовь.
      Эгоистическая любовь обусловлена сверхценностью своего Я, жертвенная — сверхценностью Другого. И та и другая — крайние и зачастую болезненные проявления чувства. Только гуманистическая любовь признает ощущение равно-безмерной ценности любого человека — и себя, и Другого. В первых двух формах выражены социально-биологические потребности: «иметь» и «принадлежать», в третьей — духовная потребность: «быть» и «отдавать».
      За что мы любим другого человека? За уникальность? Но ведь каждый человек по-своему уникален. За то, что он обладает особенными, выдающимися качествами? Но тогда это не любовь, а стремление убедиться в собственной значимости. Может быть, мы любим за то, что свойства конкретного человека соответствуют нашим индивидуальным потребностям — биологическим, эстетическим, интеллектуальным? Но тогда это опять-таки не любовь, а влечение — половое, эмоциональное, интеллектуальное...
      Существует простой критерий гуманистической любви. Если любовь к одному человеку делает любящего «слепым» по Отношению ко всем другим людям и миру, то это не истинная любовь, а скорее «маска» любви. Когда же любовь к конкретному человеку рождает в душе теплое чувство ко всем людям — это и
      есть настоящая, счастливая, цлодо-творная любовь.
      Более того, когда любишь, то открываешь бесконечность и за пределами человечества. Начинаешь относиться с любовью и нежностью ко всему живому — дереву, цветку, собаке... Их земная жизнь так же хрупка и коротка.
      Мечтая о любви, мы ищем совершенного человека. Но жизнь смеется над этими поисками. Какой бы идеал мы ни нашли, всегда существует кто-то еще красивее, или умнее, или добрее... Но вот что интересно: как только полюбишь, сразу перестаешь искать. Значит, искал не совершенство, а что-то иное?
      В любви раскрывается истина: важна не оценка Другого, а сострадание и понимание. Его надо беречь — он хрупкий, ранимый, смертный. Так же, как и все люди. Любя одного человека, мысленно протягиваешь руки всем, пытаясь поддержать их и спасти.
      Позитивная психология призывает человека любить себя, причем рекомендуется любить себя таким, каков ты есть. Но это исключает мотивы для самосовершенствования: зачем стремиться к совершенству, если и так хорош?
      Все волшебно меняется и становится на свои места, когда живешь в состоянии любви. Когда любишь Другого, то критерием собственной ценности и стимулом для развития
      становится то, что приносит благо не только тебе, но и Другому. Под благом Другого я понимаю не отдельные стороны его жизни — удовольствие, здоровье или карьеру... Только его целостная жизнь, максимальное развитие способностей, самореализация, выполнение жизненного предназначения есть подлинное благо. А это требует развития в себе лучших качеств.
      Вот в этой, на высокий смысл направленной самоотверженности и в саморазвитии — ключ к становлению собственной личности. Вот, оказывается, где истина спрятана: чем сильнее, самоотверженнее любишь другого человека, тем больше заслуживаешь своей собственной любви! И снова приходим к выводу; хочешь любви — люби сам!
      
      
      
      


Вернуться в раздел Статьи о здоровье